В Неделю 25-ю по Пятидесятнице в Казанском кафедральном соборе совершена Божественная литургия

26 ноября 2017

В Неделю 25-ю по Пятидесятнице, 26 ноября 2017 года, день памяти святителя Иоанна Златоуста, архиепископа Константинопольского, в Казанском кафедральном соборе совершена Божественная литургия, которую возглавил протоиерей Павел Красноцветов в сослужении духовенства собора.

После сугубой ектении протоиерей Павел вознес молитву о мире на Украине.

После запричастного стиха проповедь произнес иерей Георгий Кобрин.

После окончания богослужения протоиерей Павел обратился к молящимся с проповедью.

В точности неизвестно, в каком собственно году родился великий святитель Иоанн Златоуст, архиепископ Константинопольский, один из трех Вселенских святителей: писатели расходятся в своих мнениях касательно этого на десять лет. Согласно одной из современных работ, посвященных Иоанну Златоусту, он родился между 345 и 354 гг. (Brändle, Jegher-Bucher. 1997. Sp. 428). По более распространенному в литературе предположению, Иоанн родился около 347 года по Р. Христову, в Антиохии. Его родители были люди знатные и богатые. Отец его, Секунд, занимал высокую должность военачальника в императорском войске, а мать, Анфуса, была весьма образованной для своего времени женщиной и вместе с тем примерной супругой, и матерью семейства. Оба они были христиане, и притом не по имени только, как это нередко случалось в то переходное время, а истинные и действительные христиане, преданные Св. Церкви: известно, что сестра Секунда, тетка Иоанна, состояла даже диакониссой в антиохийской церкви. В таком именно благочестивом доме и родился Иоанн. Секунд и Анфуса были еще люди молодые и у них было только еще двое малюток – девочка двух лет и новорожденный мальчик Иоанн, радость и утешение своих родителей. Но не успело это благочестивое семейство насладиться своим счастьем, как его постигло великое горе: во цвете лет и служебных надежд скончался глава его – Секунд, оставив по себе молодую вдову Анфусу с двумя малютками. Горе молодой матери, которой было всего двадцать лет от роду, было безгранично. Правда, она не нуждалась в средствах жизни, так как имела значительное состояние; но ее нравственные муки были тяжелее материальной нужды. Молодая и неопытная, она неизбежно должна была сделаться предметом разных искательств со стороны многих ложных друзей, которые не прочь были воспользоваться ее богатством, и всякая другая женщина в ее положении легко могла бы сделаться жертвою если не увлечений, то обмана и обольщения. Но Анфуса представляла собою одну из тех великих женщин, которые, вполне сознавая свое истинное назначение и достоинство, стояли выше всех увлечений и житейской суеты. Как христианка она взглянула на свое несчастье, как на испытание свыше, и, отбросив всякую мысль о вторичном замужестве, порешила забыть о себе и всецело посвятить себя материнской заботе об осиротевших малютках. И она исполнила это решение с такою непоколебимостью, что вызвала невольное удивление у язычников. Знаменитый языческий ритор Ливаний, узнав впоследствии об ее материнском самоотвержении, невольно и с удивлением воскликнул: «Ах, какие у христиан есть женщины!». Решимость ее не ослабела и от нового горя, поразившего ее материнское сердце. Ее маленькая дочь скоро скончалась, и Анфуса осталась одна со своим сыном, который и сделался предметом всей ее любви и материнских забот и вместе надежд.

Принадлежа к высшему обществу и сама будучи женщиной образованной, Анфуса не преминула дать своему сыну наилучшее по тогдашнему времени воспитание. Удалившись от всех развлечений мира и всецело сосредоточившись на своем маленьком семействе, она сама могла преподать своему сыну первые начатки образования, и это было величайшим благом для Иоанна. Из уст любящей матери он получил первые уроки чтения и письма, и первыми словами, которые он научился складывать и читать, несомненно, были слова Св. Писания, которое было любимым чтением Анфусы, находившей в нем утешение в своем преждевременном вдовстве. Эти первые уроки на всю жизнь запечатлелись в душе Иоанна, и если он впоследствии сам постоянно, так сказать, дышал и питался словом Божиим и истолкование его сделал главною задачей всей своей жизни, то эту любовь к нему он, несомненно, воспринял под влиянием своей благочестивой матери. Заложенные в детстве ростки такого благотворного религиозного образования не могли впоследствии не оказать влияние на жизненный путь Иоанна. Не случайно именно он становится одним из лучших экзегетов, толкователей священного Писания.

Так прошло детство и наступило отрочество мальчика. Его положение требовало дальнейшего образования; Анфуса приложила все старание об этом и, не жалея никаких средств, предоставляла все удобства для образования и самообразования своего сына. Достоверных данных о том, как и где, собственно, получал свое дальнейшее образование Иоанн, дома ли при помощи наемных учителей или в какой-нибудь христианской школе, исследователи и биографы не дают.

Антиохия славилась своими школами и была своего рода сирийскими Афинами. Там было много языческих школ всякого рода, которые славились своими учителями, блиставшими напыщенным красноречием и туманной философией, а рядом с ними были школы христианские, где главным образом преподавалось и истолковывалось слово Божие, хотя не пренебрегалось и общее знание, насколько оно могло быть почерпаемо у лучших представителей классического мира. Так или иначе, Иоанн получал книжное образование, но оно составляло только часть его воспитания, которое Промысел Божий, предуготовляя своего избранника к его будущему великому назначению, вел и иным способом, давая ему наглядно постигнуть всю тщету отживающего язычества и величие, и святость христианства.

Способность Иоанна к ораторскому искусству и глубокомыслию не осталась незамеченной его матерью. Желая дать своему сыну возможность устроиться в обществе согласно с его положением и дарованиями, Анфуса определяет его в школу софиста Ливания (314 — ок. 393), где Иоанн с свойственной ему жаждой к знанию отдается высшей науке и сразу обнаруживает такие дарования и делает такие успехи, что невольно восторгает своего учителя, надеющегося склонить этого выдающегося одаренного молодого оратора к своим убеждениям, направленных на воскрешение разлагающегося трупа язычества.

Но надежда его, как оказалось, была тщетной. Иоанн, блестяще усвоив нужным образом преподанные ему уроки светской науки, не заразившийся тлетворными языческими идеями своего учителя, иначе наметил свой дальнейший жизненный путь. Он решил посвятить себя на служение своему Господу Иисусу Христу. А софист Ливаний позднее, когда в старости оказался на своем смертном одре, с искреннею скорбью ответил своим приближенным на вопрос, кого бы он желал назначить своим преемником по школе: «Иоанна, – простонал он, – если бы не похитили его у нас христиане» (Созом. VIII, с. 2; См. статью русского библеиста и богослова проф. А.П. Лопухина (1890 -1907) «Жизнь и труды святого Иоанна Златоуста»).

Помимо ораторского искусства Иоанн изучает философию у антиохийского философа Андрагафия. Упоминание об этом есть у древнецерковных историков – у Сократа Схоластика (Socr. Schol. Hist. eccl. VI; VII 25, 45) и Созомена (Sozom. Hist. eccl. VIII). Нужно отметить, что философия находилась тогда не в самом лучшем положении и чаще всего сводилась к ограниченному, поверхностному изучению известных философских систем. Только немногие представители этой науки посвящали жизнь истинному любомудрию и проникновению в духовную сферу действительности. В их ряду, как считают некоторые исследователи, по праву стоит имя Андрагафия, учителя Иоанна Златоустого. И если Иоанн впоследствии проявлял изумительную способность проникать в глубочайшие тайники душевной жизни людей, чем блистают его проповеди и трактаты, то помимо природной духовной проницательности он, как считают, обязан был этим немало и своему учителю.

С 367 по 372 г. Иоанн Златоуст учился в аскитирии (небольшой монастырь, скит) у учителей-пресвитеров Флавиана и Диодора (впосл. еп. Тарсийский), которые преподавали Священное Писание и экзегетику. Аскитирий представлял собой школу, программа которой совмещала получение знаний, главным образом в области экзегезы Священного Писания, с духовно-аскетической практикой. Товарищами Иоанна Златоустого по учебе — светской, а затем христианской — были Феодор (ок. 350 — 428) (впосл. епископ Мопсуестийский, осужденный посмертно в 553 году на V Вселенском Соборе за взгляды, созвучные несторианству) и Максим (впосл. еп. Селевкии Исаврийской). Сократ сообщает о дружбе Иоанна с благочестивым юношей Василием, который впосл. по одним сведениям стал епископом Кесарии Каппадокийской (Socr. Schol. Hist. eccl. VI 3), по другим – епископом   Рафанским, участником Второго Вселенского Собора), однако отождествлять этого Василия, друга Иоанна Златоуста, со святителем Василием Великим († 379) нельзя (См. «Житие св. Иоанна Златоустого» в Четьи-Минее под 13-м ноября).

Василий много посодействовал благотворному перевороту Иоанна, который, получив блестящее светское образование, во всеоружии талантов и знаний готов был вступить на светский жизненный путь. Действительно, перед Иоанном открывалось широкое поприще. По своему положению он мог бы поступить на государственную службу; но недавно пережитые крутые перевороты на императорском престоле, связанные с последствиями недолгого правления в 361-363 гг. Юлиана Отступника, отозвавшиеся и на всей администрации, могли подорвать доверие к прочности подобного рода службы, и потому Иоанн предпочел более свободное занятие – адвокатурой, – занятие, которое, не стесняя человека известными обязанностями, в то же время открывало молодым даровитым людям путь к высокому и почетному положению в обществе. Почти вся знатная молодежь того времени начинала свою общественную жизнь адвокатурой, и ею занимались, например, святые Василий Великий (ок. 330 — 379), Амвросий Медиоланский (ок. 340 — 397), Сульпиций Север (363 — 410 или 429) и другие знаменитости того времени. Это занятие сразу ввело Иоанна в бурный круговорот жизни, и он стал лицом к лицу с тем миром неправд, козней, обид и угнетений, вражды и лжи, слез и злорадства, из которых слагается обыденная жизнь людей и которых он не знал в мирном доме своей благочестивой матери. Эта оборотная сторона жизни хотя и претила его неиспорченной душе, однако дала ему возможность познакомиться с той бездной неправд и порока, которая часто прикрывается ложью и лицемерием, но на суде выступает во всем своем безобразии, и именно эта судейская деятельность и дала Иоанну впоследствии возможность изображать пороки с такой беспощадностью, которая, обнажая их во всей гнусности, тем самым возбуждала невольное отвращение к ним. Адвокатство вместе с тем приучило его к публичному ораторству, и он сразу же обнаружил на этом поприще блестящие успехи.

Дружба Иоанна с Василием помогла понемногу Иоанну освободиться от гнетущих душу треволнений житейской бури и порешить оставить своё увлечение светской деятельностью и посвятить свою жизнь подвигам подвижничества и благочестия. Внимая наставлениям своих учителей-пресвитеров Флавиана и Диодора, а также и святого епископа Мелетия (епископа Севастии, впоследствии архиепископа Антиохийского (360—381), боровшегося с арианами, претерпевшего гонения от императоров Констанция II (337—361), Юлиана Отступника (361-363), Валента (364 — 378) и скончавшегося в 381 году на посту председателя II Вселенского Собора), Иоанн принял от святителя Мелетия крещение (вероятно, в 369) и был возведен в чтецы (371 или 372), скорее всего еп. Зиноном Тирским (но возможно, свт. Мелетием). В 372 году, вероятно после смерти матери, Иоанн вступил на путь иноческой жизни, который он назвал «истинной философией»; четыре года он провел на горе Сильпий (рядом с Антиохией), населенной в то время монахами; его наставником стал сирийский монах. Уход Иоанна из Антиохии совпал с отправлением свт. Мелетия в ссылку в 371 — нач. 372 г. (и отчасти, по-видимому, был этим вызван). Намерение начать отшельническую жизнь возникло у Иоанна раньше, однако он был вынужден отложить его по настоянию матери (Ioan. Chrysost. De sacerd. I 5). В поисках более суровой аскезы Иоанн поселился в одиночестве в одной из пещер той же горы. Он изучал Свящ. Писание и почти не спал. После двух лет такой жизни, серьезно подорвав здоровье, Иоанн принял решение вернуться в город (378).

За время обучения в аскитирионе и отшельнической жизни Иоанн превосходно изучил Писание, что отразилось в его творениях: он приводит ок. 7 тыс. цитат из Ветхого Завета и ок. 11 тыс.- из Нового Завета (Brändle, Jegher-Bucher. 1997. Col. 430). В это время святой Иоанн написал великое творение православного пастырского богословия «Шесть слов о священстве», три книги «Против вооружающихся на ищущих монашества» и сочинение «Сравнение инока с царем» («Сравнение власти, богатства и преимуществ царских с истинным и христианским любомудрием монашеской жизни»), проникнутые высоким представлением о достоинстве иноческого звания.  Возвратившись в 378 году в Антиохию, Иоанн продолжил служить в качестве чтеца при свт. Мелетии, вернувшемся в том же году из ссылки после смерти проариански настроенного императора Валента.

В конце 380 или в январе 381 года Иоанн был рукоположен во диакона святителем Мелетием (перед тем как тот отбыл в К-поль на Вселенский II Собор, состоявшийся в мае-июле 381 года). В период диаконского служения Иоанн еще не проповедовал в храме (как он говорит в «Слове по рукоположении во пресвитера» — Sermo cum presbyter fuit ordinatus // PG. 48. Col. 694), однако написал несколько трактатов. Преемник святителя Мелетия (+381) на Антиохийской кафедре святой епископ Флавиан I (381-404) рукоположил в феврале 386 года, незадолго до Великого поста, Иоанна во пресвитера. 

На него возложили обязанность проповедовать Слово Божие. Пресвитер Иоанн, продолжая служить в Большом храме Антиохии, постепенно приобрел великую славу и всенародную любовь как проповедник. Он оказался настолько блестящим проповедником, что за редкий дар богодухновенного слова получил от паствы наименование «Златоуст». Двенадцать лет святой, при стечении толп народа, обычно дважды в неделю, а иногда – каждодневно, проповедовал в храме, глубоко потрясая сердца слушателей.

В феврале 387 года, перед началом Великого поста, в Антиохии произошли народные возмущения из-за высоких налогов. Были сброшены статуи последнего императора единой Римской империи святого Феодосия I Великого (379-395) и членов его семьи, которые проволокли по улицам и разбили. Зачинщики были схвачены и заключены под стражу; в город для разбирательства прибыли императорские сановники — Кесарий и Эллебих. Епископ Флавиан отправился в К-поль, чтобы попытаться умилостивить императора. Незадолго перед тем император св. Феодосий сурово наказал за подобный мятеж жителей Фессалоники (было убито неск. тыс. чел.). Иоанн Златоуст и Ливаний остались в Антиохии; их речи (с разных позиций расценивающие происходящее) являются важными источниками сведений по истории этого мятежа. Иоанн Златоуст на протяжении Великого поста произнес 21 гомилию «О статуях, к народу антиохийскому». В них он соединил великопостную проповедь на тему покаяния и внутреннего совершенствования с информированием населения о том, как развивается дело о статуях. Эти гомилии успокоили антиохийцев, которые затем, в т. ч. благодаря ходатайству еп. Флавиана Антиохийского (см.: Ioan. Chrysost. Ad popul. Antioch. III, XXI), были прощены императором.

Время пресвитерского служения Иоанна Златоуста оказалось самым плодотворным в творческом плане: к этому периоду относятся почти все его основные экзегетические беседы, а также много гомилий, посвященных нравственным, догматическим и аскетическим вопросам.

В пастырской ревности о наилучшем усвоении христианами Священного Писания святой Иоанн обращается к священной герменевтике – науке о толковании Слова Божия. Среди его экзегетических творений – толкования на целые книги Священного Писания (Бытия, Псалтирь, Евангелия от Матфея и Иоанна, Послания апостола Павла) и множество бесед на отдельные тексты святой Библии, а также поучения на праздники, в похвалу святых и слова апологетические (против аномеев, иудействующих и язычников). Иоанн-пресвитер ревностно исполнял заповедь попечения о бедных: при нем Антиохийская Церковь питала каждый день до 3000 дев и вдовиц, не считая заключенных, странников и больных. В начале Великого поста 388 года святитель начал толкование книги Бытия. За Четыредесятницу он произнес 32 беседы. На Страстной седмице говорил о предателе и о Кресте, на Пасхальной седмице и до Пятидесятницы ежедневно прихожане наставлялись его пастырским словом. Толкование книги Бытия было закончено в конце октября. С Пасхи следующего года святой начал изъяснение Евангелия от Иоанна, а в конце 389 года перешел к Евангелию от Матфея. В 391 году антиохийские христиане слушали его толкование на Послания святого апостола Павла к Римлянам и к Коринфянам. С 393 года он обратился к Посланиям к Галатам, Ефесянам, Тимофею, Титу и псалмам. В беседе на Послание к Ефесянам святой Иоанн обличал антиохийский раскол: «Говорю и свидетельствую, что раздирать Церковь не менее значит, как и впадать в ересь. Церковь есть дом Отца Небесного, Единое Тело и Единый Дух».

Росла слава святого проповедника, и в 397 году, по преставлении Константинопольского архиепископа Нектария, преемника святителя Григория Богослова, он был вызван из Антиохии для поставления на Константинопольскую кафедру. В столице святой архипастырь не мог проповедовать так часто, как в Антиохии. Множество дел ожидало решения святителя, он начал с главного – с духовного совершенствования священства. И здесь лучшим примером был он сам. Средства, которые предназначались для архиепископа, святой обратил на содержание нескольких больниц и двух гостиниц для паломников. Архипастырь довольствовался скудной пищей, отказывался от приглашений на обеды. Ревность святителя к утверждению христианской веры распространялась не только на жителей Константинополя, но и на Фракию, включая славян и готов, Малую Азию и Понтийскую область. Им был поставлен епископ для Церкви Боспора, находившейся в Крыму. В Финикию, Персию, к скифам для обращения ко Христу язычников святой Иоанн направлял ревностных миссионеров, писал послания в Сирию, чтобы вернуть Церкви маркионитов, и добился этого. Храня единство Церкви, святой не позволил могущественному готскому военачальнику, диктовавшему свои условия императору, открыть в Константинополе арианский храм. Много трудов положил святитель на устроение благолепного богослужения: составил чин Божественной литургии, ввел антифонное пение за всенощным бдением, написал несколько молитв чина елеосвящения.

Распущенность столичных нравов, особенно императорского двора, нашла в лице святителя нелицеприятного обличителя. Когда властная, своенравная и лукавая императрица Элия Евдоксия (ум. в окт. 404 года, Константинополь), ставшая в 395 году супругой слабовольного и болезненного императора Восточной Римской империи Аркадия (395-408) (он был с 16 августа 383 года — август и соправитель своего отца – императора святого Феодосия I Великого), распорядилась о конфискации последней собственности у вдовы и детей опального вельможи, святой встал на их защиту. Гордая императрица не уступила и затаила гнев на архипастыря. Ненависть Евдоксии к святителю разгорелась с новой силой, когда недоброжелатели сказали ей, будто святитель в своем поучении о суетных женщинах имел в виду ее. Суд, составленный из иерархов, справедливо обличаемых ранее Златоустом: Феофила Александрийского, Севериана, Гевальского епископа, незадолго перед тем изгнанного из столицы за беспорядки, и других – постановил низложить святого Иоанна и за оскорбление императрицы предать казни. Император заменил казнь изгнанием. У храма толпился возбужденный народ, решивший защищать своего пастыря. Святитель, чтобы избежать волнений, сам отдал себя в руки властей. Той же ночью в Константинополе произошло землетрясение. Дворец содрогнулся. Испуганная Евдоксия просила императора срочно вернуть святого и немедля послала письмо изгнанному пастырю, умоляя его вернуться.

И вновь в столичном храме святитель в краткой речи благословляет (восхваляет) Господа «за все пути Его», смиренно следуя священному призыву: "Благословлю Господа во всякое время; хвала Ему непрестанно в устах моих" – (Пс.33.2); «Благослови, душа моя, Господа и не забывай всех благодеяний Его» — (Пс.102:6); «Не воздавайте злом за зло или ругательством за ругательство; напротив, благословляйте, зная, что вы к тому призваны, чтобы наследовать благословение” — (1Пет.3:8-9).

Святитель Иоанн не выставлял напоказ свою святость и доброделание, явное или тайное. Обычно люди благословляют человека за его добрые дела. Следовало бы всем не забывать, и особенно царице Евдоксии,  что «желая уразуметь, благословил ли Господь путь его, или нет» (Быт.24:21), надо не спешить плохо судить о человеке. Следует бояться быть поспешным в своих суждениях о людях и более бояться Бога, Которому открыты все наши мысли, намерения и дела, тайные или явные, Который воздаст злым, клевещущих на благословенного человека, ибо тот не ищет благодарности от людей, зная, что получит ее от Бога. 

Клеветники бежали в Александрию. Но уже через два месяца новый донос пробуждает гнев Евдоксии. В марте 404 года состоялся неправедный Собор, постановивший изгнать святого Иоанна. По удалении его из столицы, пожар обратил в пепел храм Святой Софии и здание сената. Вскоре последовали опустошительные набеги варваров, а в октябре 404 года умерла Евдоксия. Даже язычники видели в этих событиях небесное наказание за неправедное осуждение угодника Божия.

Находясь в Армении, святитель еще более старался укрепить своих духовных чад. В многочисленных письмах (их сохранилось 245) епископам Азии, Африки, Европы и особенно своим друзьям в Константинополе святой Иоанн утешал страдающих, наставлял и поддерживал своих приверженцев. Зимой 406 года святитель Иоанн был болезнью прикован к постели. Но враги его не унимались. Из столицы пришел приказ перевести святого Иоанна в глухой Питиус (в Абхазии). Истощенный болезнями святитель в сопровождении конвоя три месяца в дождь и зной совершал свой последний переход. В Команах силы оставили его. У склепа святого Василиска (память 22 мая), утешенный явлением мученика («Не унывай, брат Иоанн! Завтра мы будем вместе»), причастившись Святых Таин, вселенский святитель со словами «Слава Богу за все!» отошел ко Господу 14 сентября 407 года. Святые мощи Иоанна Златоуста торжественно были перенесены в Константинополь в 438 году. Ученик святого Иоанна, преподобный Исидор Пелусиотский (память 4 февраля), писал: «Дом Давидов укрепляется, а дом Саулов слабеет, как ты видишь: он победил бурю жизни и переселился в Небесный покой».

Память святителя Иоанна Златоуста празднуется Святой Православной Церковью по старому стилю 27 января (перенесение мощей), 30 января (Собор трёх святителей) и 13 ноября (в связи с тем, что день его кончины 14 (27) сентября приходится по православному календарю на праздник Воздвижения Креста Господня, его память перенесена на 13 (26) ноября); по новому стилю память святителя — 9 и 12 февраля, и 26 ноября.

Главная | История собора | О Казанской иконе | Богослужения | Медиатека | Информация | Социальный центр | Газета

Санкт-Петербург, Казанская площадь, д. 2
Секретарь: (812) 314-46-63   sobor.go@mail.ru    Вахта: (812) 314-58-56 (с 8 до 21)

Создание сайта - iFrog